Рубль падает — где дно? До какого уровня упадет рубль?

На протяжении 5 недель падает цена на нефть, Баррель марки Brend уже стоит 51.79 долларов, за последнюю неделю ее стоимость упал больше чем 5%, а за последний месяц падение составило около 17%, рубль при этом подешевел на 20%.

Нефть марки WTI (light) — 46.78 долларов, что приближает едва ли не половину мощностей американской нефтяной промышленности к отметке отрицательной рентабельности. Тем не менее, США накопили огромный резерв, которого хватит на то, чтобы неделю кормить весь мир нефтью, а сами нефтяники предпочитают сокращать издержки и инвестиции в будущие проекты, продолжая добывать черное золото даже при низкой цене. Единственное, что грозит США в случае падения цен ниже 20 долларов — это значительные банкротства среди компаний, занятых в добыче сланцевой нефти, что в итоге отразится на финансовом секторе, который активно кредитовал нефтяников на десятки миллиардов долларов. Однако даже страдающего банкира будет недостаточно, чтобы вызвать кризис в экономике. Напротив, в связи с удешевлением нефти в США падет и цена на бензин и газ, в результате у домохозяйств остается больше денег для расходов, что в условиях экономики потребления (т.е. в экономике, где превалирует сектор услуг, а не промышленного производства) означает рост ВВП.

Для России цена на нефть — наоборот, принципиальный фактор, который действует против экономики. За последние 15 лет в стране окончательно вымер предпринимательский дух и остатки промышленного производства. В экономике властвуют госкомпании, огромные, неприбыльные, негибкие и — самое отвратительно — неэффективные. Их доля достигает 50% ВВП, а если трезво смотреть на то, сколько компаний сидит на шее этих гигантов, то в результате едва ли не 70-80% ВВП приходится на долю государства. Собственно, за исключением интернета, отдыха в Египте или Турции и воскрешенного православия, нынешняя РФ ничем не отличается от РСФСР. Та же пропаганда по центральным каналом, та же нездоровая патриотичность. Отсутствие желания развивать собственное умственное достояние и вкладывать средства в этот ресурс, а не пихать по собственным карманам, выстраивая дворцы, привело к тому, что в России нет ни адекватных технологий, ни нормального производства. В СССР если что и создавалось, то обычно с помощью заимствованного на западе образца, в России решили даже с этим не возиться, импортируя все необходимое за доллары, полученные от выкачки нефти. Например, столь навязший в ушах отечественный самолет Sukhoj Superjet — 100 наполовину состоит из импортированных деталей, и будучи «улучшен» российским дополнением, по всем характеристикам отстает от западных вариантов Boeing. Больше ничего нет. «Отечественный» Yotaphone на 100% состоит из чужих деталей да и собирают его где-то в Азии.

Есть всего 2 отрасли, где Россия может с большим трудом конкурировать с США — это космос и вооружение. Сложно сказать, сколько эти отрасли съедают из бюджета, ибо очень многие его расходные статьи попали под гриф секретно. Зато можно вспомнить слова Путина о том, что 4% ВВП на военные расходы — это капля в море, по сравнению с бюджетами НАТО или тех же США. С одной стороны, чистая правда: из 4 трлн бюджетных денег на военные расходы уходит около 560 млрд долларов, или 14%. В Китае тратят на поддержание воинственности тратится 188 млрд долларов, при этом экономика Китая в 5 раз больше экономики России, где на военные нужды отписано около 90 млрд долларов. С другой стороны: объем российского бюджета составляет 20% от ВВП, поэтому 4% от 20% — это пятая часть. Пятую часть своего бюджета тратят только страны, которые готовятся напасть на соседей и отнять у них все технологические девайсы и еду, ибо ни создать что-то вроде компьютера или калькулятора, ни нормально наладить сельское хозяйство, когда пятая часть бюджета утекает на пушки — невозможно. Да и стоит вспомнить, насколько «эффективно» минобороны, которое в 2013 году умудрилось не выполнить треть контрактов оборонного заказа, зато активно распродавало имущество и тащило бюджетные деньги. Господин Сердюков и его протеже — Евгения Васильева — любили жить широко, тратя бюджетные деньги по своему усмотрению на тряпки и безделушки в Европе. Странная парочка, немного нелепая в своей любви, в итоге оказалась в центре скандала, но обошлось все мирно: экс-министр прошел как свидетель, а Васильева разыграла «невинную» жертву. Кстати, если интересно — есть даже фильм «Жертва», немного о реальных событиях.

Проблема всех госмонополий и госведомств — в полном отсутствии порядка и понимания новых мировых условий. Точнее, условия-то остались старыми — это обычный закон рынка: производя хорошие товары или услуги, получаешь деньги. Но, как правильно отметил ерман Греф еще год назад на Петербургском международном форуме, в СССР этого закона не знали, как не знали и других основных принципов экономикс (да-да, то, что в учебниках прописано), что в итоге привело к гибели советского режима, а вовсе не падение цен на нефть ,как писал об этом Гайдар. Греф не случайно упомянул Гибель империи Гейдара — цена на нефть с вершин 100-110 долларов за баррель сколлапсировала до 50-55 долларов, т.е. вдвое рухнула. В постановке проблемы Греф пытался сказать: да, нефть упала, но Россию убьет не этот фактор, а ваше чудовищное отношение к собственной стране и игнорированию законов экономики.

Возьмем, к примеру Роснано под руководством Чубайса. Что говорит этот деятель: наша первоочередная задача — создание области нанотехнологий, а не получение прибыли. Вот как. В экономикс базовым представлением является фирма — это организация, созданная с целью получения прибыли, а вовсе не для того, чтобы поддерживать существование какой-то области. Чубайс, однако, может отрицать все законы экономикс, ибо Роснано всегда может попросить денег из бюджета. Таким образом, окажется, что наноиндустрия существует — но только до той поры, пока ее кормит государство, потому что никто не предъявляет требований прибыльности и эффективности. Каковы перспективы и будущее нанотехнологий, взлелеянных таким образом? — да никаких. Неконкурентные товары никому не нужны, и вся отрасль умрет без гос.поддержки. Причем эта проблема характерна для всех гос.предприятий. Они просто не работают. Им незачем работать — если можно взять из бюджета, то ачем стараться над качеством услуг? Зачем развиваться?.. В период с 2007 по 2012 год Роснано получало финансирование в размере 260 млрд рублей, половина этих средств — из бюджета. Несколько лет назад нам рассказывали про пластиковую электронную книгу, разработку некой европейской компанией Plastic Logic, в которой Роснано принадлежит 43% с небольшим. Технологии в итоге так и остались у европейцев, собственно, там, где они и были придуманы, а от строительства завода в РФ отказались как от неэффективного производства. Российская компания ЗАО «Пластик Лождик» ничем не занималась, зато активно кредитовала из полученных от Роснано средств какие-то аффилированные компании... В итоге на конец 2012 год компания оказалась в убытках на 385 млн рублей. Роснано отметило проект как «неудачные инвестиции», списав более 3 млрд рублей. Далее последовал проект по созданию литий-ионных батарей высокой емкости, который разрабатывался совместно с китайской компанией Thunder Sky. Оказалось, что батареи необходимы только министерству обороны России (1), (2) аналогичные батареи используют Китай и США и (3) компания получила убыток 2 млрд рублей. Потом Роснано пришлось еще выплатить долг компании перед Сбербанком на 3.5 млрд рублей... Еще больший скандал — непонятная попытка Роснано создать поликремний, которая обошлась компании почти в 14 млрд рублей, а схема, использованная для «освоения» денег проекта вообще откровенная легализация через несколько оффшорных компаний. В общем, аудиторы, которые как-то проверили Роснано, столкнулись с тем, что из 155 финансируемых проектов только ОДИН оказался удачным. Недавно всплывшее дело Меламеда и 220 млн рублей — откровенная капля в том кошмаре, который устроил Роснано. Во всем компания использовала возможность, чтобы скрыть какие-то дыры: например, обслуживание корпоративной Ауди оценивалось в 1.6 млн рублей в месяц — в месяц! Оплата труда за 5 лет существования компании (2007-2012 год) увеличилась с 65 тысяч рублей до... почти 600 тысяч рублей. Ни одним адекватным образом это невозможно объяснить. Расходы на проведение конференций по нанотехнологиям — 444 млн рублей + 100 млн рублей было потрачено на корпоративы. Договор на управление временно свободными деньгами, который подготовила Тройка Диалог, обошелся гос.компании в 111 млн рублей — по 1.27 млн за страницу, из которых половина оказалась заполнена типовыми таблицами и формами.

Эти факты были известны уже в 2012 году, но Путин решил, что «ничего страшного». Эксперты отметили, что если президент так решил, то бояться Чубайсу каких-то организационных перестановок не следует, а относительно репутации — ему уже все равно. И дело вовсе не в Чубайсе. Практически все гос.корпорации построены и управляются точно таким же образом. За все эти вещи платит гос.бюджет, а гос.бюджет живет за счет доходов от нефти, это было при Советской союзе, это полностью сохранено при путинской России. Советский союз не выдержал огромных трат на военные нужды при низкой эффективности экономики и падении цен на нефть, Россия тоже не выдержит.

Низкая стоимость энергоносителей сильно влияет на стоимость рубля, который подчиняется правилам сырьевой валюты — вне зависимости от того, хотят этого власти или нет. Россия никогда не умела влиять на нефтяной рынок, несмотря на то, что является одним из крупнейших нефтеэкспортеров, зато во власти правительства влиять на рубль нерыночными способами. Главный — это изменение в бюджете параметров стоимости нефти, из которых высчитывается весь бюджет. В конце 2014 года мы уже применили эти меры, благодаря чему удалось сдержать панику и вытащить рубль на уровень 60-65 рублей по отношению к доллару. Дальнейшие факторы — укрепление нефти и налоговые выплаты поддержали рубль и даже вывели его на уровень 50-55 рублей за доллар. Казалось бы — долгожданное облегчение, однако сделка с Ираном и завершение налогового периода, а также политика ЦБ, который начал пополнять валютные резервы (т.е. скупать на рынке валюту) привели к новой волне. Население активно покупает и продолжает держать иностранную валюту, депозиты в банках в долларах за последний месяц выросли на 2%, доллар в пятницу на электронных торгах уже стоил 61.70 рублей. Рост за неделю составил 4%.

На последнем заседании ЦБ опустил ключевую ставку на 50 базисных пункта. Основой бесстрашного шага ведомства Эльвиры Набиуллиной явилась стабильная инфляция (за 2015 год инфляция не превышало пока 15%) и опасения, что экономика совсем замерзнет. Как известно, высокая ставка уменьшает количество денег в экономике, ибо деньги становится выгоднее хранить во вкладах под высокими процентами, а брать кредиты становится дороже. Этот дефицит позитивно воздействует на инфляцию, замедляя ее, однако обратным концом жесткой монетарной политики оказывается замедление роста ВВР, в нашем случае рост уже отрицательный. Деньги для экономики — это смазка, позволяющая телеге плавно ехать и ускоряться, поэтому 17% ключевой ставки отозвалось на российской действительности очень больно. Прежде всего, полностью остановилось кредитование, в том числе среднего и малого бизнеса, на который возлагают ответственность вывести Россию из кризиса. Верить этому не нужно, как не нужно полагаться на импортозамещение: в первом случае доля малого и среднего предпринимательства настолько мала по сравнению с госкомпаниями, что можно вычеркнуть этот сегмент из расчетов; во втором случае замещение предполагает переход с немецких и американский деталей и оборудования на китайские. Лучше нам от этого не станет.

Как выживают другие государства, сидящие на нефтяной игле?

Саудовская Аравия, один из крупнейших нефтеэкспортеров, который умеет управляться с нефтяными ценами, получает 90% доходов в бюджет от продажи нефти. ВВП страны составляет около 750 млрд долларов, что в 2.5 раза меньше, чем у России. Однако: в Аравии проживает всего 28 млн человек и большая часть населения — до 35 лет (у нас — наоборот). Аравия тоже тратит значительный кусок бюджета на военные расходы — почти 67 млрд долларов, что объясняется в первую очередь постоянными конфликтами в Ближневосточном регионе. При этом саудиты владеют нефтью с самой низкой себестоимостью в мире — им же не нужно лезть в Арктику и извлекать нефть со дна холодного моря. И еще: у королевства за годы дорогой нефти скопилось 800 млрд долларов резервов — у России к весне 2014 года было около 500 млрд долларов, но теперь от них осталось всего 350 млрд. За первые 5 месяцев этого года арабское государство «съело» около 65 млрд из своих запасов, дефицит бюджета составляет 0.5% ВВП. В России и резервов больше потратили, и дыры в бюджете гораздо шире... Пока саудиты изменяли экспорт нефти на экспорт нефтепродуктов, мы сидели и грустно смотрели на нефтяные цены, ожидая, когда наконец-то пройдут 2 плохих года и нефть окажется за 100 долларов снова.

А окажется ли?.. Эксперты говорят, что 100 долларов за баррель возможно ожидать только в 2-х экстраординарных случаях: Во-первых, при нормализации роста ВВП в Европе и Китае, что почти невероятно, ибо Европа находится в рецессии, а китайская экономика все же начала замедление, ограничиваясь 7% в год и... более экономными технологиями.

Во-вторых, при неожиданном запуске огромного печатного станка. Имннн онеобоснованн широкое предложение денег заставляет вздуваться то один, то другой пузырь — в последние 3 года это был нефтяной пузырь. ФРС, американский аналог центробанка, стараясь вывести США из кризиса 2008 года, принялась печатать доллары, в общей сложности было выпущено почти 4 трлн долларов. Но с конца 2013 года программа «количественного смягчения» постепенно сворачивается — и теперь дело дошло до повышения ставки, которое может произойти уже в сентябре. Повышение ставки означает усиление доллара, он становится более дорогой и привлекательной валютой, поэтому инвесторы выводят деньги из разных активов (в том числе сырьевых), чтобы положить $ в банк. Как результат — рынок акций и сырья падает. Деньги сейчас печатает еврозона, но таким хитрым образом, что это не оказывает почти никакого влияния на нефть. Больше всего сейчас стараются Китай и Япония, но это отдельный регион, у них свои правила, а потому их усилий недостаточно.

Оба варианта очень маловероятны, как маловероятна и дорогая нефть в ближайшие 3 года. Однако еть еще один фактор, который невозможно предсказать заранее: пробуждение Ближнего Востока.

Министр нефти Аравии аль Наими последние несколько десятков лет просыпается по ночам от кошмара — нефть больше никому не нужна. В переговорах с США он фанатично настаивает на доктрине «безопасности спроса», а дорогой баррель называет убийцей, ибо он заставляет разработчиков искать новые технологии нефтедобычи (в результате чего появляются Канадские нефтяные пески и американские сланцы), заставляет применять «зеленые» технологии, которые получают энергию из возобновляемых ресурсов, и заставляет потребителей экономить черное золото. Аль Наими делает все, чтобы страна не осталась на задворках в случае нефтяного заката, уделяя особое внимание научным попыткам добывать энергию из песка, ветра и солнца, — всех тех субстанций и явлений, каковых в Аравии предостаточно. Аль Наими с большим раздражением вглядывается в Персидский залив, где на противоположной стороне раскинулся главный соперник Дома Сауда на Ближнем Востоке — Иран. Если бы министр обороны Аравии был чуть более умудрен годами, чем родственными связями с новым королем, он бы тоже плохо спал ночами, беспокоясь об Иране, нефти, сирийских шиитах и режиме Асада. Не просто так же военный бюджет страны за последние 8 лет практически утроился. Аравия закупила самолетов F-15 у США на огромную сумму в 60 млрд долларов, не говоря уже о танках и противоракетных комплексах, подлодках и т.д. Мало того, Саудиты даже договорились со злейшими врагами — израильтянами — о военном взаимодействии против Тегерана.

Тегеран тоже не спит. Исламское государство, во многом спонсируемое шейхами из злополучной Аравии, расковыряло старые раны: снова шиитов притесняют в Бахрейне, под властью суннитского меньшинства, посаженного Аравийским полуостровом, снова курды заявляют о своей независимости, опираясь на свои победы над исламистами и американскую дружбу, а в Йемене хуситы терпят поражение от все тех же саудитов и их коалиции. Ради снятия санкций и обновления промышленности (дело дошло до того, что старенькие нечиненые 25 лет самолеты стали разваливаться в воздухе прямо с пассажирами), Ирану пришлось пойти на сотрудничество с Западом и отказаться от потенциальной ядерной бомбы, причем Тегеран понимает, что в случае атаки на его границы мировое сообщество примет сторону нападавших, как это уже случилось во время Ирано-иракской войны, когда на территорию Персии вторгся Саддам Хусейн, обуреваемый лаврами Навухудоносора.

Обе страны борются за лидерство в регионе. Но помимо этих сил на Ближнем Востоке созревают другие очаги.

Восток начинает пробуждаться.

Если вы поверили в нефть по 20 долларов и доллар по 200 рублей, то лучше задумайтесь о том, почему в последние несколько лет страны Ближнего Востока наращивают военный потенциал, посмотрите внимательно на карту региона — не с привычной, российской, точки зрения, а изнутри, переместив Персидскую великую нефтяную скважину в самый центр.